Д-р Вилл Клюнкер (Германия)

Вилл Клюнкер

Что Ганеман на самом деле говорил о миазмах

Homœopathica, vol. 20, No. 4, September 2000
Перевод Зои Дымент (Минск)
Вилл Клюнкер (1923—2002) — известный немецкий врач-гомеопат, многолетний редактор "Журнала классической гомеопатии". Соавтор (с Хорстом Бартелем) трехязычного "Синтетического репертория" ("Карл Хауг", 1973).

Оригинал находился по адресу http://www.homeopathy.ac.nz/full-text-articles/what-hahnemann-really-had-to-say-about-miasms/


От редактора

Различные концепции миазмов, обсуждаемые сегодня в гомеопатических кругах, очень далеки от того, что подразумевал Ганеман. Эти творческие интерпретации обладают таким влиянием, что люди настаивают, что последние являются не продуктом творчества более поздних теоретиков, но достаточно ясно представлены в собственных работах Ганемана. Это не так, что и демонстрирует настоящая статья.

Анализ ганемановских "Хронических болезней" и различных изданий "Органона", появившихся до и после тех, показывает, что Ганеман на самом деле создал медицинскую теорию миазмов, применимую к реальным случаям сифилиса, гонореи и чесотки, но при выборе лекарств и для подтверждения научного характера гомеопатического лечения он тем не менее всегда требовал опираться на различимые симптомы хронической болезни в целом, исключая любые гипотетические "миазматические" причины.

С точки зрения ганемановской гомеопатии, сегодняшняя тенденция сочетать на практике по преимуществу мнимые концепции идеологических или эзотерических теорий миазмов с симптоматикой пациента должна считаться по меньшей мере сомнительной.

Следует признать, что материал Клюнкера нелегок для чтения, и лучше перечитать эту статью с "Органоном" и теоретической частью "Хронических болезней" под рукой.

Может показаться, что Клюнкер занимает странную, экстравагантную позицию, которая вряд ли найдет последователей, но это не так, поскольку многие говорящие по-немецки эрудированные гомеопаты поддерживают эту точку зрения — вероятно, редкую за пределами этого хорошо информированного круга.

Если вы читали работы Ганемана с отношением, на которое не повлияли интерпретации людей, ищущих поддержки своих собственных, преимущественно метафизических взглядов, вам будет трудно не согласиться с выводами Клюнкера.

Автор впервые представил этот материал на конференции в Берлине в 1988 году. Статья ниже является адаптацией английского перевода пересмотренного варианта, который появился в "Classical Homœopathy Quarterly", № 3, 1990. Вставки в квадратных скобках [ ] в оригинале были сносками. Благодарим д-ра К.-Г. Гипсера за разрешение перепечатать статью в "Homœopathica".

Image

Использование словочетания "классическая гомеопатия" предполагает, что существует противоположная, неклассическая гомеопатия. Однако гомеопатия – это не что иное, как практика, то есть, это практика исцеления. Кто бы ни заявлял о своей приверженности классической гомеопатии, он должен указать принципиальное различие между классической и неклассической гомеопатией. Это различие противопоставляется научной достоверности исцеления, сводя его просто к эмпирической вероятности.

Признать чей-либо подход классическим в соответствии с Ганеманом, означает сделать выбор в пользу научной практики лекарственной терапии. Согласно § 3 "Органона", эта научная лекарственная терапия опирается на одно важнейшее условие, которое обязано быть выполнено, чтобы происходил систематический процесс исцеления. Это условие – согласование симптомов лекарства с характерными симптомами пациента, то есть гомеопатически правильный выбор лекарства. В случае, если данному методу не следуют, это вообще не гомеопатия.

Согласно учению Ганемана, хронические миазмы – это сифилис, сикоз и псора. Основной вопрос этой статьи: каково значение этих трех хронических миазмов, сифилиса, сикоза и псоры, для практики научной лекарственной терапии? Однако задав такой вопрос, мы должны спросить, является ли этот вопрос синонимом другого вопроса: какую роль сифилис, сикоз и псора играют в гомеопатически правильном выборе лекарств в соответствии с учением Ганемана?

Для настоящего исследования использовалось в первую очередь, разумеется, 2-е издание "Хронических болезней" Ганемана, опубликованное в 1835—1839 годах, особенно первый том. Но для сравнения рассматривалось и 1-е издание этой работы, опубликованное в 1828—1830 годах. Сравнивая издания "Органона", появившиеся до и после "Хронических болезней", мы можем ожидать, что найдем некоторые важные сведения.

Перед публикацией 3-го издания в 1824 году, полное излечение большинства хронических заболеваний все еще считалось невозможным. Оглядываясь на изложение фактов, сделанное им в 1816 году, Ганеман писал в 1828 году, что "начало (их лечения) обнадеживало, продолжение было менее благоприятно, результаты оказывались безнадежны".

После публикации 1-го тома "Хронических болезней" в 1828 году, в "Органон" должны были быть включены новые методологические указания для отныне возможного гомеопатического излечения хронических заболеваний, не связанных с венерической болезнью. Это впервые было сделано в 1829 году в 4-м издании и продолжилось в последующих изданиях, в том числе в 6-м. Сравнение содержания соответствующих текстов должно, таким образом, определить роль трех хронических миазмов в выборе лекарства.

Чтобы получить полную картину, важно представить себе ту систему взглядов, в рамках которой формировалось представление Ганемана о хронических болезнях. Он практиковал в условиях особого медицинского климата начала XIX века. Врач того времени видел в своей практике многочисленных пациентов с острыми заразными болезнями и тех, кто пострадал от какой-либо из частых эпидемий. Среди хронических больных большинство составляли пациенты на всех стадиях сифилиса, насколько его можно было установить, а также страдающие от гонореи. Эти случаи были правилом, а не исключением, как сегодня.

В те дни люди всех социальных слоев и возрастов почти поголовно болели чесоткой. Это означает, что в медицинской практике того времени инфекционные (миазматические) заболевания острой и хронической природы были настолько частыми, что другие, особенно неинфекционные хронические заболевания, не распознавались и, следовательно, почти неизбежно их путали с распространенным сифилисом, сикозом, чесоткой и всем, что ошибочно за них принималось, или считались их результатом.

Чтобы осмыслить учение Ганемана о хронических болезнях, необходимо также сосредоточить внимание на принципиальном различии между медициной и гомеопатией. Слишком легко забыть, что гомеопатия является лишь методом лекарственного лечения, а все другие области медицинских знаний, как в теории, так и на практике, все еще связаны с медициной соответствующего периода времени. Следовательно, Ганеман, в качестве основателя гомеопатии, так же был вовлечен в медицину тех дней, как и мы, его последователи, вовлечены в сегодняшнюю медицину.

Таким образом, гомеопатическое лечение чесотки, например, является вопросом именно гомеопатии, тогда как способ заражения, течение болезни, последствия подавления ее и гигиена для профилактики чесотки являются медицинской проблемой, и о ней нельзя сказать, что она принадлежит к сфере гомеопатии. Ганеман черпал из медицины своего времени и он, в свою очередь, дал ей свое учение о природе хронических заболеваний. Это учение — учение Ганемана, но это не гомеопатия — оно было и остается неотъемлемой частью медицины начала XIX века.

Для того, чтобы правильно понимать учение Ганемана, далее необходимо сказать несколько слов о разнице между теорией и простым наблюдением и опытом, что также в некоторой степени относится в к различиям, отмеченным ранее между медициной и гомеопатией.

В своем собственном смысле, гомеопатия является методом для практики и самой практикой, и ничем, кроме практики. Слово "практика" происходит от греческого глагола "пратто", означающего "достигать", "завершать", "выполнять", "осознавать", "добиваться", "производить" — в частности, производить излечение. Так как слово "практика" относится к "пратто", ее смысл в осуществлении работы, осуществлении, например, лечения, выполнении работы излечения.

Бизнес также означает призвание или миссию, и Ганеман понимал практику гомеопатии в этом смысле слова. Чтобы осознать природу гомеопатии как практики, мы не должны, естественно, связывать термины управления или бизнеса с контекстом сегодняшнего использования этих слов. Ганеман требует от гомеопатии одну только эту работу исцеления, основанную на простом наблюдении и опыте.

Лишь в этом смысле гомеопатия является эмпирической медициной. Это не исключает того, что Ганеман создавал теории, связанные с медицинскими проблемами и объяснениями, и обучал им — медицина в целом вряд ли может обойтись без таких теорий.

Тем не менее не следует путать медицинские теории и бизнес гомеопатического исцеления. Ганеман непреклонно настаивал на том, чтобы все теоретические соображения, любые гипотезы, спекуляции, предположения и т. д. были исключены из лечения как такового, поскольку он, в отличие от многих его последователей, осознал, что условия априори ясного научного исцеления, то есть классической работы по исцелению, могут быть удовлетворены только таким способом.

Другими словами, это означает, что всякий раз, когда нечто теоретическое, гипотетическое, только воображаемое или воспринятое смешивается с конкретной работой по исцелению, целостность научного аспекта исцеления исчезает, а то, что остается, как и всегда, это просто искусство врачевания на основе апостериорной вероятности, искусство предположения, статистическая медицина.

Дальнейшее внимание должно быть уделено способу, на основе которого Ганеман создал свою доктрину миазмов. Нет никаких признаков того, что он преследовал какую-либо философскую, богословскую, идеологическую, эзотерическую или иную цель, помимо чисто практической медицинской. Его концепция миазмов было основана на медицинских взглядах, принятых в то время; он их лишь модифицировал.

Заразность многих острых и хронических заболеваний была известна давно, но она не могла быть отнесена к какому-либо определимому агенту. Таким образом, миазм стал временным рабочим термином для (пока) неизвестной причины заражения. Новым здесь является учение Ганемана о триаде хронических миазмов: сифилисе, сикозе и псоре.

Слово "сикоз" происходит от греческого "сикозис", фигоподобный нарост ("сикон" — фига). Псора, она же чесотка, скабиес (у людей), парша (у животных), происходит от "псао" — тереть, царапать. Часто высказываемое мнение, что Ганеман, используя общий термин "псора" (стр. 12 перевода Тафеля "Хронических болезней"), предполагает нечто метафизически глубокое, противоречит контексту и последующим пояснениям в скобках "(внутренняя чесотка с высыпаниями на коже или без них)". "Общее название" относится к нозологически общему для всех индивидуальных страданий; "внутренней" чесотке противопоставляется, с медицинской точки зрения, ее "внешнее" проявление.

Ганеман полагает, что причиной всех несифилитических и несикотических хронических заболеваний является исключительно псора, и это заставляет его придать ей гораздо большее значение. Двенадцать лет труда над "Хроническими болезнями" привели только к открытию псоры и ее лечению. Важно отметить, что эта работа состоит из двух частей: теоретической, относящейся к "природе хронических болезней", и практической, связанной с работой исцеления, охватывающей общие указания (методологию), за которой следуют четыре тома Материи медики, составляющей априорное условие для научного исцеления.

Врач-гомеопат не может надеяться лечить научно и с уверенностью, основанной на законе, если он заранее (априори) не знаком с целительной силой лекарств, то есть с их симптоматикой.

Мы ясно видим неизменное стремление Ганемана не связывать медико-теоретическое учение о природе хронических заболеваний с научными предпосылками для их лечения.

Но что является основой учения Ганемана о природе псоры? Как следует из первой части его "Хронических болезней", доктрина псоры наглядно основана на двух наблюдениях и пяти выводах по аналогии. Со всем уважением к последним, следует отметить, что, будучи основаны на вероятности, они как таковые не представляют какой-либо необходимости, но лишь вероятность. В науке выводы такого рода имеют определенную эвристическую ценность, особенно в поиске рабочих гипотез.

Так было и в данном случае. Ганеман в полной мере осознает гипотетический характер своего учения о псоре, он многозначительно называет его теорией ("Органон", прим. к § 284), он убежден в ее точности, но оставляет открытой возможность ее опровержения.

Теперь может быть поставлен вопрос, какую роль три хронических миазма, сифилис, сикоз и псора, играют в практике научной лекарственной терапии хронических болезней при выборе лекарств в соответствии с учением Ганемана.

При обсуждении этой проблемы следует иметь в виду, что указания Ганемана в "Хронических болезнях" и в "Органоне" всегда относятся к лечению пациентов, которые действительно были поражены сифилисом, сикозом, псорой или всеми ими одновременно, с местными симптомами или без них.

Лечение сифилиса и сикоза рассматривается в "Хронических болезнях" очень бегло. Акцент сделан на исцелении от псоры. Ганеман неоднократно заявлял, чтó он имел в виду, говоря о чесотке (псоре): особенный везикулярный дерматоз, приобретенный посредством заражения и характеризуемый сладострастным зудом, заставляющим пациента непрерывно чесаться. То, что он подразумевал на самом деле, никогда не будет выяснено полностью. Несомненно, что это определение должно охватывать несколько зудящих типов дерматоза, которые либо действительно заразны, либо таковыми считались. Из-за прекрасно известного широкого распространения классической чесотки, она скорее всего преобладала над детской экземой и нейродермитом, а также над хронической экземой.

Это означает, что при лечении псоры, в отличие от ситуации в нынешней медицинской практике, Ганеман и ранние гомеопаты должны были бороться с чесоткой, которая или присутствовала, или была подавлена, и с возвратными или недавно приобретенным чесоточными высыпаниями и их хроническими последствиями. Это имело, следовательно, первостепенное значение для анамнеза с учетом сифилиса и сикоза. Что касается выбора лекарства, Ганеман обыкновенно назначает в "Хронических болезнях" гомеопатическое лечение болезней человека в целом, как он учит в "Органоне". В "Хронических болезнях" 1828 года вопрос, таким образом, переадресуется "Органону" — обратите внимание, речь идет о 3-м изд. "Органона" 1824 года!

В "Хронических болезнях" Ганеман возвращается к вопросу о выборе лекарства, когда он обсуждает, например, негомеопатический выбор лекарства как основную ошибку при лечении хронических заболеваний. Ганеман утверждает, что для правильного выбора лекарства нужно понять

вначале общее состояние пациента, причины, которые он помнит, и причины, поддерживающие болезнь, образ жизни, его психическое, духовное и физическое состояние, в дополнение ко всем его симптомам (в соответствии с инструкциями, данными в "Органоне"), после чего следует выбрать лекарство, которое по возможности наиболее подобно всем этим полученным данным или по крайней мере самым ярким и необычным, наиболее характерным из них.

Этот выбор должен осуществляться обращением к Материи медике "Хронических болезней".

И Ганеман настаивает на том, что целительное лекарство может быть определено только на основе поразительного сходства гомеопатических симптомов болезни и лекарства. Таким образом, очевидно, что в соответствии с "Хроническими болезнями" Ганемана, решающим фактором при выборе лекарства является симптоматика пациента. Только наблюдаемые явления болезни, точные симптомы, а не их предполагаемые причины, такие как миазмы, допускаются к участию в работе исцеления, в управлении лечением. Кроме нескольких таких указаний, в "Хронических болезнях" не дается никаких дополнительных инструкций в отношении выбора лекарства.

Оба издания (1828 и 1835 годов) ссылаются на "Органон" 3-го изд. (1824).

4-е издание "Органона" (1829) было значительно изменено по сравнению с предыдущими, с учетом открытий, изложенных в "Хронических болезнях". Все, относящееся к нашему вопросу о показаниях к исцелению на основе подобия симптомов, должно быть найдено в нем.

§ 6 этого издания был перенесен без изменений из 3-го издания. В нем утверждается, что совокупность симптомов является единственным свидетельством, которое врач может наблюдать, и представляет единственное знание о болезни, которое он может получить, и единственное, в чем он нуждается для исцеления.

В обоих изданиях помещено примечание, в котором Ганеман критикует глупость "поиска невидимого, непознаваемого внутреннего состояния болезни, так называемой prima causa morbi, как показания для лечения".

Этой prima causa morbi (главная причина болезни. – Прим. перев.) является миазм – очевидно, не самый важный фактор; он не может и не должен определять информацию, необходимую врачу для дела исцеления.

[Хотя Ганеман в "Хронических болезнях" называет псору "первопричиной зла" (Ur-Übel), он считал это чисто теоретическим вопросом. То, что он не подразумевает ничего метафизически глубокого, очевидно не только из контекста, но также видно из смысла приставки "ur" (uralt = очень старый), которая подразумевает первое, первичное, главное, оригинальное, причинное. Слово "Ur-Sache" первоначально означало основную причину (мотив) спора. В современном немецком языке "Ur-Übel" означает "изначальное зло". В "Хронических болезнях" Ганеман использует слово в этом смысле. Оба значения нашли свое отражение в этом "Ur-Übel": с одной стороны, псора является сверхзлом в том смысле, что она представляет собой сочетание всех вероятно отдельных заболеваний, возникших в процессе хронической эволюции, а с другой стороны, она является основным злом, к которому принадлежат все эти квазиособенные болезни, с которыми она образует единое целое. В этом смысле "основное зло" включает в себя нечто вроде "причины" (Ursache), но фактические условия "причины" не распознаваемы из опыта, как говорит Ганеман, при этом вновь демонстрируя чисто медико-теоретический характер псоры в контексте гомеопатической практики].

Это разъясняется далее в новом § 7:

В своих усилиях по исцелению, для выяснения основной причины, которая чаще всего имеет свое начало в хроническом миазме, врач использует… наиболее значимые элементы из всего рассказа о болезни. Примечательное физическое состояние тела пациента (в частности, давно болеющего), его психическое и психологическое состояние, его занятия, образ жизни, его социальный статус, его возраст и сексуальные функции и т.д. должны быть приняты во внимание.

§ 9 был расширен замечанием, что, поскольку

невозможно наблюдать ничего, кроме признаков болезни… всех, учитывая также любые возможные миазмы и обращая внимание на дополнительные обстоятельства (§ 7)… единственным способом, которым болезнь требует соответствующего лекарства, (должны быть) ее симптомы.

Ганеман затем продолжает без каких-либо изменений текст из 3-го издания:

…Таким образом, совокупность этих симптомов… должна быть основным элементом или единственным фактором… который может определить выбор правильного лекарства — следовательно, одним словом, совокупность симптомов должна быть основным элементом или тем единственно необходимым, что врач должен распознать в каждом случае болезни. (Это § 7 в 6-м издании, и ссылка в скобках в нем указывает на § 5.)

Ганеман однозначно подчеркивает: хотя при хронических болезнях миазмы должны быть приняты во внимание и не упущены, их, тем не менее, следует рассматривать не более как вторичные обстоятельства, указанные в § 7, то есть, независимо от них, именно симптоматика пациента приводит к излечению.

Не изменявшийся ранее § 81 становится в 4-м издании § 66. В нем еще раз подчеркивается, что на практике

все, что врач может обнаружить, действительно болезненное и нуждающееся в лечении… должно состоять только из страданий пациента и видимых изменений в его состоянии, которые можно наблюдать с помощью органов чувств. Одним словом, только совокупность симптомов. В то время как любые воображаемые, внутренние причины или скрытые состояния могут представлять собой только бесполезные фантазии. (§ 70 в 6-м издании.)

Вновь Ганеман отделяет непредвзятое наблюдение за симптоматикой от интерпретирующего, объясняющего представления о симптомах в соответствии с только воображаемой причиной, какой является например, проступивший на фоне болезни хронический миазм, также нуждающийся в лечении. Только первое может определить выбор лекарства, последнее — просто фантазия.

§ 68 описывает разницу между острыми и хроническими болезнями (§ 72 в 6-м изд.). § 70 является новым и в нем говорится о так называемых хронических болезнях, которые должны быть вылечены за счет изменения вредного образа жизни, их вызывающего (§ 77 в 6-м издании). В следующих трех параграфах, которые также являются новыми, разрабатывается теория Ганемана об истинных миазматических хронических болезнях (§ 78), сифилисе и сикозе (§ 79) и псоре (§ 80). В примечании к § 80, "раздел псоры", дается обзор истории хронических болезней и идет дальнейшее обсуждение: если в свете концентрации на преобладающем явлении и игнорирования хронологического расширения общей симптоматики гомеопатия могла успешно лечить еще до открытия природы хронической болезни, насколько более содержательной она может быть теперь, учитывая гораздо более специфичные лекарства и уникальные предписания для их подготовки и назначения, "среди которых истинный врач может теперь выбрать те, чьи лекарственные симптомы наиболее подобны хронической болезни, которую он должен излечить".

§ 87 (§ 94 в 6-м изд.) посвящен анамнезу при хронических болезнях. Это не подвергшийся изменению § 100 из предыдущего издания. Примечание к нему предвосхищает включение в историю болезни центральных областей — например, менструальные симптомы при женских хронических болезнях. В § 88 (§ 95 в 6-м изд.) продолжается обсуждение анамнеза при хронических болезнях. Он должен быть особенно тщательным, описательным; в нем следует обращать внимание на подробности и дополнительные обстоятельства — он должен включать точные симптомы и совокупность симптомов. § 109 их 3-го издания стал § 97-м в 4-м, но к нему было добавлен текст, в котором утверждается, что способ регистрации всех симптомов и выбор из них характерных особенно важен также для хронических болезней (§ 104 в 6-м издании).

В новом § 203 (§ 206 в 6-м изд.) Ганеман обсуждает необходимость предварительного выяснения, страдал ли больной в прошлом венерическими болезнями, чтобы иметь возможность распознать и выделить осложнения сифилиса и сикоза от простой псоры. [Те, кто еще не понял элементарного отличия между реальной хронической болезнью, основанной на миазмах, и воображаемыми "миазмами" гомеопатов сегодняшнего дня, теоретизирующими миазматологами, должны понять из этого параграфа, что Ганеман говорит исключительно о пациентах, которые действительно были поражены этими заразными болезнями и их "осложнениями", одновременно появившимися у пациентов. Те, кто говорит сегодня о псоро-сикотических, псоро-сифилитических или, еще лучше, псоро-сико-сифилитических болезнях, пациентах или лекарствах, не принимают во внимание эти ссылки, доказывающие, что современные теории лишены какой-либо фактической основы, и, следовательно, это подтверждает отсутствие у их адвокатов каких-либо оснований для притязаний называться последователями Ганемана.]

После того, как вопрос о наличии этих заболеваний выяснен, пациента также следует расспросить (§ 204, § 207 в 6-м издании) об имевшем место в прошлом каком-либо аллопатическом курсе лечебных ванн.

Наконец, возраст, образ жизни, диета, занятия, социальный статус и т. д. должны быть приняты во внимание (дополнение, взятое из "Хронических болезней"). Это делается не с целью выбора лекарства, а чтобы выяснить условия, которые могут помочь или помешать процессу выздоровления при лечении хронических болезней (§ 205, § 208 в 6-м изд.).

Только тогда, в соответствии с § 206 (§ 209 в 6-м изд.), можно сделать набросок точной картины болезни, на основе характерных симптомов:

Только после этого врач пытается… представить картину болезни пациента как можно более полно… чтобы иметь возможность отобрать самые выдающиеся и своеобразные (характерные) симптомы, в соответствии с которыми он выбирает первое… лекарство, с наиболее подобными признаками, чтобы начать лечение.

Выше были представлены все важные заявления, сделанные Ганеманом в "Хронических болезнях" и 4-м изд. "Органона" относительно выбора лекарств и важности миазмов при этом выборе.

Роль, которую триада миазмов играет в научном гомеопатическом деле излечения, может быть выражена следующим образом:

  • С учетом распространенности истинных сифилиса, сикоза и чесотки у пациентов в дни Ганемана, триада миазмов является медицинской гипотезой, которая имела практическое значение в условиях практики того времени.
  • Ни в "Хронических болезнях", ни в "Органоне", параграфы которого переписывались после публикации первых, нет каких-либо доказательств того, что теория миазмов Ганемана, не говоря уже о ее чисто гипотетическом дальнейшем развитии в совершенно других условиях сегодняшней практики, имеет какое-либо непосредственное отношение к выбору лекарства в научном гомеопатическом деле исцеления.
  • Напротив, Ганеман провел очень строгое разделение между теоретической доктриной о миазмах и условиями лечения хронических болезней на практике.
  • Правильный выбор лекарства должен быть основан, как и прежде, только на имеющейся симптоматике пациента, без внесения каких-либо гипотетических интерпретаций этих симптомов. Методология научного излечения не допускает загрязнения гипотезами, простыми предположениями и фантазиями.

В свете этих соображений, современное увлечение "вопросом о миазмах" в рамках классической гомеопатии должно рассматриваться как подозрительное, особенно если они рассматриваются с точки зрения ее основателя.

Сегодня необходим непредвзятый пересмотр истинных основ гомеопатии Ганемана. Это не исключает возможности правильно понятого повторения вопросов Ганемана о природе хронических болезней; наоборот, скорее требует этого. Но все должно основываться на сегодняшних возможностях медицинских знаний и на реальных явлениях человеческих болезней.

Фридрих Вильгельм Йозеф Шеллинг, один из современников Ганемана, писал:

Если мы хотим отдать должное философу (а Ганеман, великий первооткрыватель, безусловно, может быть так назван), мы должны понять его на основе его фундаментальных мыслительных процессов… с самого начала, а не на основе более поздних интерпретаций ("Philosophie der Offenbarung").

Гомеопатия Ганемана основана на научном фундаменте. Отсюда должно исходить любое ее развитие как им самим, так и любым врачом в дальнейшем. На этом фундаменте держится ее жизненно важная эволюция, а также эволюция любой ее части, способной поддержать важное жизненное развитие.

Мы отдаем дань уважения Ганеману без атавистической регрессии к якобы ганемановскому вопросу о миазмах. В действительности такое отношение просто заключает Ганемана в рамки исторической фальсификации и, таким образом, приводит к его мумификации.