Джонатан Иморд (США)

Джонатан Иморд

Нацистские корни обязательных прививок

NewsWithViews.com, 23 марта 2015 года

Перевод Елены Загребельной (Фукуока, Япония)
Иморд Джонатан В. — адвокат, практикующий конституционное и административное право, автор бестселлеров "Расцвет тирании" (2008), "Глобальная цензура на информацию о здоровье" (2010) и "Восстановите республику" (2012), обозреватель рубрики "Американское правосудие" в журнале "Ю-Эс-Эй тудей".

Оригинал по адресу http://www.newswithviews.com/Emord/jonathan386.htm




В тринадцати штатах США законодатели поставили на обсуждение законопроекты, которые резко ограничат или отменят отказы от обязательных прививок. Цель — угрозами, уговорами или силой вынудить привиться тех, кто не был привит. Вот эти штаты: Калифорния (законопроект SB277), Иллинойс (законопроект SB1410), Мэн (законопроект LD606), Мэриленд (законопроект HB687), Миннесота (законопроекты SF380 и HF393), Нью-Джерси (законопроекты S1147 и A351), Нью-Мексико (законопроект HB522), Орегон (законопроект SB442), Пенсильвания, Род-Айленд (законопроект S381), Техас (законопроекты SB1114, SB538, HB2006), Вермонт (H212, S87) и Вашингтон (HB2009). В обстановке истерии по поводу сравнительно небольшого числа заболевших корью (около 600 человек в прошлом году и примерно 150 в этом) законодатели готовы отнять у всех право на свободу и личную автономию. Учитывая, что по крайней мере некоторые из этих драконовских мер, вероятно, будут утверждены, будет полезно поразмыслить над нашей историей, чтобы понять, где берет свое начало это странное отклонение от традиционной защиты прав и свобод. Также следует понять, что закон, поддерживающий обязательные прививки, сегодня анахроничен с научной точки зрения, и что современное понимание иммунологии позволяет нам снизить риск носительства и передачи заболеваний, не обязывая детей и взрослых подвергаться введению веществ, попадания которых в свой организм они хотели бы избежать.

Наверняка многие будут удивлены, узнав, что идея обязательной вакцинации в нашей стране имеет национал-социалистские корни, берущие начало в той же кампании формирования "расы хозяев", которая привела к тому, что нацисты приняли евгенику (включая принудительную стерилизацию) и дисгенезис (включая уничтожение евреев и других народов, которые были признаны "нежелательными"). Многие будут удивлены, узнав, что человек, на котором лежит самая большая ответственость за устранение конституционной защиты против таких вмешательств (Четырнадцатая поправка), это Оливер Венделл Холмс-мл., который считается одним из крупнейших американских юристов и знатоков права. Холмс верил в евгенику и даже в дисгенезис (уничтожение тех, кого он считал "слабоумными", "нежелательными" или "неполноценными"). Холмса прельщала идея, которая показалась бы ужасной любому разумному человеку в любом веке, — идея создания "чистокровных" американцев путем санкционированных государством детоубийств и стерилизаций. То, что людей будут прививать насильно, казалось ему малозначительным, так как, с его точки зрения, гораздо важнее было защищать и поощрять науку евгенику и очищение расы, чем заботиться о правах каждой отдельной личности.

Когда закон одобряет обязательную вакцинацию на основе теории о том, что общественные интересы стоят выше права человека на личную автономию и свободу, у людей остается очень мало возможностей защититься от всех видов мер по охране здоровья, которые им будет навязывать государство. Если власти могут заставить людей против их воли подвергаться уколам для того чтобы предотвратить распространение болезней, считающихся заразными, то что тогда остановит государство от того, чтобы потребовать от всех американцев проверяться, скажем, на наследственные заболевания, и чтобы стерилизовать их, если обнаружится, что они генетически предрасположены к наследственной передаче заболеваний, которые являются обузой для общества — это могут быть, например, некоторые формы рака груди, синдром Дауна, муковисцидоз, гемофилия, поликистоз почек, серповидноклеточная анемия или болезнь Тея-Сакса? Несмотря на то, что эти болезни могут на самом деле и не быть наследственными, а являться продуктом воздействия окружающей среды, и неизвестно, не будут ли они распространяться, даже если страдающие ими люди будут стерилизованы, популярная в медицинских кругах догма (наподобие той, что существует в отношении заболеваний, против которых были разработаны вакцины) гласит, что есть только один надежный метод избавиться от них — сделать так, чтобы эти гены не наследовались.

В таком опирающемся на принуждение мышлении присутствует элитистский мотив, тесно связанный с понятием о том, что сила государства должна быть направлена против меньшинства, сопротивляющегося воле народа, который одобряет прививки, и у этого меньшинства следует отобрать свободу, чтобы добиться его подчинения. Это и есть элитистская идея подчинения, которая ведет к обязательным прививкам и принудительной стерилизации. Если вы не видите в этом принуждении печати национал-социализма, несовместимого с нашей Конституцией свободы, вам нужно вспомнить мировую историю от Просвещения до конца нацистской Германии. Вы обнаружите, что в нашей стране существовала такая же отвратительная доктрина авторитарного контроля над личностью, какая была в фашистских Германии, Италии и Японии, а также имеется в современном коммунистическом Китае. И эта доктрина была узаконена судьей Верховного суда Оливером Венделлом Холмсом-мл.

В книге "Закон без ценностей: жизнь, работа и наследие судьи Холмса" почетный профессор права Университета Чикаго Альберт В. Алшулер отмечает причины, которые побудили Холмса выступить за отмену свободы личности, когда речь идет о целях медицинской науки. Холмс выступал за "замену естественного отбора искусственным, лишая жизни неполноценных людей". Он во всеуслышание заявлял о своем "презрении" к "социалистическим порядками, не готовым... уничтожить всех, кто не соответствовал стандарту". Ему виделось "будущее, в котором наука перестанет сражаться и поднимется на догматическую ступень, где достигнет такого всеобщего признания, что примет на себя функцию контроля над жизнью и сможет сразу выносить смертный приговор с немедленным исполнением всему тому, что сейчас оставляют на усмотрение природы". Он считал, что нужно "во что бы ни стало" достичь того, чтобы "исключить определенные черты из нашей наследственности". Он верил в действенность "ограничения размножения нежелательных личностей и лишения жизни младенцев, которые не смогли успешно пройти осмотр и т. д." Он полагал, что мы должны "предотвратить продолжение рода непригодных личностей". Подобное отвратительное одобрение лишения жизни других людей, к которым он относился с презрением, мы наблюдаем в решении Холмса относительно конституционности принудительной стерилизации в рамках Четырнадцатой поправки, печально известного решения по делу "Бак против Белла" 1927 года. В этом решении Холмс написал, что государство имело законное право "предотвратить засилие неспособных. Для всего мира будет лучше, если вместо того чтобы ждать момента, когда вырождающееся потомство нужно будеть казнить за преступления, или позволять ему умереть от голода из-за его слабоумия, общество могло бы помешать тем, кто очевидно является неполноценным, продолжать свой род", и грубо добавил: "Принцип, лежащий в основе принудительной вакцинации, достаточно широк, чтобы распространяться и на рассечение фаллопиевых труб. См. дело 'Джекобсон против Массачусетса'... Вполне достаточно трех поколений слабоумных".

Холмса привлекала возможность изменить американские законы так, чтобы возвысить силу государства над личностью, и чтобы медицинские процедуры, признанные полезными для общественного блага, могли быть поставлены выше права личности на личную свободу и автономию. Его первые шаги в этой области в качестве юриста представлены решением, принятым в 1905 году по делу "Джекобсон против Массачусетса". Закон Массачусетса позволял проводить принудительные прививки каждый раз, когда Департамент здравоохранения большого или малого города считал, что это было необходимо "для охраны общественного здоровья и безопасности". В Кембридже в штате Массачусетс появились больные натуральной оспой, и городские власти приняли решение о том, что жители города были обязаны получить прививки. Джекобсон не хотел подвергаться риску, связанному с прививкой, и у него было право отказаться от нее благодаря праву на свободу согласно Четырнадцатой поправке. Применив широкое толкование полицейской силы государства, Холмс заявил, что право на свободу, упомянутое в Четырнадцатой поправке, не абсолютно, и что защита безопасности членов общества, а также интересов "безопасности, здоровья, мира, порядка и морали общественности" может перевесить свободу. Поэтому Холмс постановил, что Массачусетс может заставить Джекобсона привиться.

Принятое в 1905 решение по делу Джекобсона сегодня устарело с научной точки зрения. Хотя суды штата все еще следуют этому закону, сам закон не поспевает за достижениями научного прогресса в иммунологии. В 2015 году научная и медицинская общественность гораздо лучше понимает природу передачи болезней и относительные уровни риска, связанного с заболеваниями. Вместо прививок есть другие возможности, которые в меньшей степени ограничивают права граждан, но обеспечивают такую же, если не бóльшую защиту от индивидов, ставшими носителями заболеваний. Например, теперь мы хорошо понимаем, какие условия необходимы для передачи такой болезни как корь.

Предположим, что в государственной средней школе в Ньюарке, штат Нью-Джерси, вспышка кори, а ваш непривитый ребенок посещает школу в Камдене, Нью-Джерси. Предположим далее, что проконсультировавшись с экспертом в иммунологии, вы предпринимаете все необходимые меры, чтобы ваш ребенок не стал носителем болезни. Например, помимо других мер для снижения такого риска, вы следите, чтобы ребенок в школе носил маску, закрывающую нос и рот, и гигиенические перчатки, а также избегал контакта с другими учениками в течение всего периода, когда, согласно органам местной власти, имеется риск заражения корью. Так как эффективность прививок в целом и, в частности, прививки от кори, меньше 100 %, то обязательно будут дети, которые станут носителями болезни и смогут передать болезнь другим детям, даже если те привиты. Однако если ваш ребенок соблюдает все вышеуказанные меры, то он рискует заразиться этой болезнью не больше привитого ребенка.

Короче говоря, наличие вместо прививок других очевидных неинвазивных возможностей, которые могут снизить риск передачи заболевания до нуля или почти до нуля, может послужить новым основанием для пересмотра решения по делу Джекобсона и восстановить во всей полноте предусмотренную Четырнадцатой поправкой защиту прав граждан, желающих избежать прививок. Даже в деле Джекобсона Холмс счел уместным процитировать дело "США против Кирби" в отношении того, что законы должны трактоваться разумным образом и что "общие условия должны быть так ограничены в своем применениии, чтобы не приводить к несправедливости, гнету или абсурдным последствиям".

В наши дни законы о принудительной вакцинации отбрасывают нас назад в отвратительную эпоху нашей собственной истории, продолжавшуюся с начала XX века до окончания Второй мировой войны, эпоху национал-социализма, евгеники, когда права человека должны были отступить и дать дорогу попыткам создать расу хозяев, свободную от болезней и всех "нежелательных элементов", как называл их Холмс. Оливер Венделл Холмс-мл. был ярым приверженцем этой формы национал-социализма, искренне веря в создание американской расы хозяев, в которой насильственные прививки, стерилизация и истребление "нежелательных элементов" были законными мерами для достижения этой цели.

Этой отвратительной точке зрения, даже в самом ограниченном ее применении, нет места в нации, которая защищает свободу во всей ее законной полноте, как ее понимал Томас Джефферсон — "беспрепятственное действие в соответствии со своей волей и в рамках пределов, создаваемых вокруг нас такими же правами других". (Согласно Википедии, полный текст цитаты таков: "Правомерная свобода означает беспрепятственное действие в соответствии с нашей волей в пределах, образованных вокруг нас равными правами других". — Прим. перев.)

Защищая права всех членов общества, мы должны особенно защищать права меньшинств, потому что каждый из нас в какой-то момент станет частью меньшинства, восстающего против воли большинства, облеченного политической властью. Для того чтобы обеспечить должную защиту прав личности, мы должны сделать так, чтобы никаким принудительным мерам, предпринятым государством, не было позволено брать верх над Четырнадцатой поправкой, а в отношении свободы религии, отвергающей прививки, — над Первой поправкой, если есть очевидная менее инвазивная альтернатива этому принуждению. С прививками мы достигли такого уровня научных знаний, когда больше нет необходимости травмировать детей, не желающих прививаться, а также их родителей, если они готовы на разумные альтернативные меры снижения риска носительства и передачи болезней.

© 2015 Jonathan W. Emord — All Rights Reserved