Д-р Ричард Московиц (США)

Д-р Ричард Московиц

Вакцинация — священный ритуал современной медицины. Ч. II

Journal of the American Institute of Homeopathy, December 1991, 84:4

Перевод Зои Дымент (Минск)
Московиц Ричард (р. 1938) получил степень бакалавра в Гарварде, доктора медицины — в Нью-Йоркском университете. Три года изучал философию в Университете Колорадо в Боулдере. С 1967 г. занимается семейной медициной, принял свыше 800 домашних родов. Изучал гомеопатию у Дж. Витулкаса и Р. Шанкарана. Автор многочисленных статей в гомеопатической периодике и книг "Гомеопатические лекарства для беременности и родов" (1992) и "Резонанс: гомеопатическая точка зрения" (2001). Практикует в г. Уотертауне (Массачусетс).








В то время как вакцина DPT связана, в частности, с повреждением мозга и различным другими неврологическими синдромам, и многие пациенты с такими проблемами поддаются гомеопатическому лечению, я хочу сконцентрироваться сегодня на случаях, которые гораздо менее серьезны, но также часты, их легко понять, и они хорошо иллюстрируют проблему в целом.

Оба пациента с высокой температурой неизвестного происхождения были успешно излечены соответствующим нозодом, при этом мои первые случаи с DPT отражают процесс размышлений, с помощью которых определенные симптомы могут быть добавлены к лекарственной картине любой вакцины. В то время как история в конечном итоге должна показать, что ребенок "никогда не был здоров, с тех пор как" или почти не был здоров после одной или нескольких прививок DPT, эта связь может не быть очевидной или хотя бы подозреваться, если для ее выявления не задаются специфические вопросы.

В некоторых случаях ненормальное количество лейкоцитов и изменения в составе их подгрупп могут дать независимое патологическое подтверждение, другие примеры включают увеличение задних шейных или заушных лимфоузлов при краснухе, увеличение околоушных желез при свинке и т. п. Естественно, такие симптомы как высокая температура, которая кажется родителям ненормальной или необычной, выглядят подозрительней, и, следовательно, за ними легче проследить. Но одна лишь целительная реакция на нозод DPT по-настоящему достаточна, чтобы доказать, что имеющаяся болезнь связана именно с прививкой.

Случай I

У восьмимесячной девочки три раза температура поднималась до 40,6 °С или выше и держалась не более 48 часов. Во время второго эпизода она была госпитализирована для обследования, но педиатр ничего у нее не нашла. Каждый раз, когда лихорадка прекращалась, девочка чувствовала себя хорошо, и казалось, что она нормально растет и развивается. Я смог добиться от матери только воспоминания, что между подъемами температуры проходил ровно месяц, а первый эпизод произошел ровно через месяц после последней из серии прививок DPT, которые девочка получала также с интервалом в месяц. Припоминая таким образом, мать рассказала, что температура поднималась после каждой прививки, но педиатр посоветовал не обращать на это внимания, так как лихорадка является самой распространенной реакцией на прививку. Поэтому я дал ребенку одну дозу DPT 10М, и лихорадка у девочки больше не повторялась.

Случай II

Ко мне доставили девятимесячную девочку с температурой 40,6 °С. Других симптомов у нее было мало. Два предыдущих эпизода болезни случались через неравные промежутки времени, и родители, которые относились с сомнением к прививкам в целом, сделали ей только одну прививку DPT, так как первый раз температура повысилась немного менее чем через две недели после укола. После 48 часов высокой температуры, которая не сбивалась скоропомощными лекарствами, в общем анализе крови было 32 000 лейкоцитов, 43 % лимфоцитов, 11 % моноцитов, 25 % базофилов (с большим количеством токсических грануляций) и 20 % нейтрофилов. По одной только картине крови мой друг-педиатр сразу предположил коклюш. Через два часа после приема DPT 10М лихорадка прошла, и ребенок с тех пор чувствует себя хорошо.

Эти случаи заслуживают внимания по двум причинам: во-первых, потому что в них проявился характерный, или ключевой, симптом (высокая температура) вакцины DPT; во-вторых, потому что реакция на прививку была сильной и здоровой, и болезнь, хотя и повторялась, быстро разрешалась без хронизации. Но как и случаи повреждения мозга, такие случаи скорее исключение, а не правило, и поучительны они главным образом своим контрастом с другими, менее специфическими и, следовательно, труднее прослеживаемыми.

В следующих случаях вакцина, вероятно, действовала неспецифически: или усугубляла уже существующие хронические состояния, или просто неблагоприятно влияла на фон хронического заболевания, что проявлялось лишь некоторое время спустя. Так как отличные результаты были получены с помощью обычных конституциональных или миазматических средств, и специфический нозод часто не требовался, связь болезни с прививкой не всегда могла быть доказана. В других случаях нозод использовался позже, чтобы удалить квазимиазматический "блок", когда казалось бы хорошо показанные средства больше не работали или работали недостаточно и не действовали глубоко.

В целом эти случаи скорее напоминают о способе, которым горе, физические травмы или какой-то другой стресс часто просто усугубляют уже существующие миазматические или хронические болезненные структуры, нежели специфическую картину Ignatia, Arnica или обычных лекарств из рубрики "никогда не был здоров, с тех пор как". В другой большой подгруппе симптомы, характерные для вакцины, и те, что уже существовали в латентной или явной форме у пациента, смешиваются все вместе и начинают распутываться только по мере продвижения в лечении.

Связанные с прививкой болезни отнюдь не ограничиваются какой-либо конкретной категорией, но охватывают полный спектр хронических детских болезней от астмы, экземы и аллергии до отита среднего уха, несомненно, самого распространенного в моей практике, а также неспособность к обучению и эмоциональные или поведенческие проблемы.

Случай III

Девочка в возрасте шести лет появилась на приеме из-за того, что была "больной все время", особенно ушными инфекциями, которые у нее повторялись неоднократно, начиная с пяти месяцев, когда она получала антибиотики в течение четырех месяцев без перерыва. Особенно уязвима осенью и при резких изменениях погоды, часто становилась "сварливой", когда болела и теряла аппетит, но у нее редко поднималась температура или появлялась боль в ухе. Несмотря на то, что у нее не было явной реакции на повторные прививки DPT в 2, 4, 6 и 18 месяцев, она страдала от ушной инфекции в течение четырех месяцев, причем болезнь началась вскоре после последней прививки, как раз перед первым классом. В течение следующих 18 месяцев девочка прекрасно конституционально реагировала Sulphur, Pulsatilla и Mercurius: время от времени у нее появлялись острые болезни, и тогда она хорошо отвечала на обычные лекарства, не нуждалась в антибиотиках и прекрасно себя чувствовала в остальное время. Три года спустя, после длительного перерыва, ее мать сообщила, что девочка не пропустила ни одного дня в школе и не нуждается в дальнейшем лечении.

Случай IV

Пятилетняя девочка была доставлена для лечения сезонной астмы, начавшейся прошлой весной. Она плохо реагировала на обычные лекарства, и родители очень волновались, так как сами страдали от аллергии. Когда ребенок был отлучен от груди в тринадцать месяцев, начались проблемы с затяжными ушными инфекциями, часто связанные с прорезыванием зубов, и обычно требовались антибиотики. В то время как у девочки не было никаких явных реакций на первую серию прививок, у нее внезапно развилась пневмония и высокая температура через две недели после бустерной прививки DPT в пять лет, а затем в разгар зимы к ней вернулась астма. После двух лет лечения, в основном Arsenicum album, Phosphorus и Lachesis, ее здоровье постепенно улучшилось настолько, что она больше не нуждается в лекарствах или других средствах даже во время аллергического сезона. Нозод она никогда не получала.

Случай V

Мальчик в возрасте двух лет был доставлен для лечения рецидивирующих ушных инфекций, которые обычно затягивались на месяцы и лишь временно проходили от антибиотиков. Его первая ушная инфекция последовала за ОРВИ в шесть месяцев и была обнаружена при регулярном медицинском осмотре, хотя не имелось никаких симптомов, но в других случаях он часто жаловался на боль в ухе. Однако хуже были эпизоды с высокой температурой и длительным криком после двух прививок DPT, поэтому ему сделали прививку только от дифтерии и столбняка без очевидной реакции. В то время как Calcarea sulph. и Tuberculinum быстро справились с его ушными инфекциями, через год, после рождения сестры, у него проснулась ревность и начались истерики, и в конце концов он получил DTP 10M, так как показанные средства не помогали. Теперь ему четыре года, он здоров, ушные инфекции его не беспокоят, и он продолжает нормально расти и развиваться.

Случай VI

Девочку в возрасте десяти месяцев принесли ко мне с острым отитом (высокая температура, боль в ухе, крик). Это был уже четвертый такой эпизод после того, как ей исполнилось два месяца, причем каждый раз это начиналось вскоре после того, как антибиотики останавливали предыдущий. Мать отлучила ее от груди в два месяца, так как вынуждена была вернуться на работу. Девочка не переносила искусственное молоко, но нормально пила соевое. После первой прививки DPT последовала неделя капризного поведения, поэтому в дальнейшем ребенок получал прививку только от дифтерии и столбняка, и никакой видимой реакции не было. Ушные инфекции у девочки прекратились достаточно легко после приема Chamomilla и Calcarea carb., но повторились спустя восемь месяцев, когда ее родители развелись, а она получила прививку DPT во время пребывания у отца. Опять хорошо помогли лекарства, главным образом Lycopodium и Sulphur, хотя случались отдельные рецидивы, в том числе один после бустерной прививки DPT, устроенной отцом, но девочка поправилась после нозода DPT. В течение последних четырех лет я видел ребенка после редких острых заболеваний, которые ее отец так же "заботливо" лечил традиционными лекарствами, но между этими эпизодами были длительные периоды хорошего здоровья.

Случай VII

После пяти рецидивов воспаления среднего уха, которое лечили антибиотиками, шестнадцатимесячного мальчика привели ко мне для конституционального лечения. Колики в течение первых трех месяцев жизни, острый отит с лихорадкой примерно в шесть месяцев, но во всех остальных случаях лихорадка отсутствовала. Мальчик бурно реагировал на первую прививку DPT рвотой и неконтролируемым криком, немного легче на вторую ("печальным" плачем и общим недомоганием), а на третью и на прививку MMR, которую сделали всего за неделю до визита ко мне, не было реакции вообще. Менее чем за три дня после дозы Sulphur 10М у него поднялась высокая температура и началась диарея, но ребенок быстро поправился. Затем он получил Calcarea carb. 10M и Calcarea sulph. 12, которая далее использовалась при угрозе простуды. Больше не было ушных инфекций и никаких лекарств ребенок не принимал в течение года. После очередного приема Sulphur он чувствует себя хорошо последние три года, нозод не понадобился.

Случай VIII

Мальчик в возрасте трех лет никогда не реагировал на прививки и, казалось, был здоров, пока за восемь месяцев до встречи со мной не заболел гриппоподобной болезнью, за которой последовал отит среднего уха и были назначены антибиотики. По словам матери, принимая их, он казался вялым и вообще "не в себе", несколько раз случались заикание и диарея с отвратительным запахом; были обнаружены лямблии. В этот момент установили, что у ребенка отсутствуют в крови гамма-глобулины, и ему нужно регулярно делать переливания крови. В течение последовавших шести месяцев он был успешно вылечен с помощью Influenzinum, Stramonium и Cuprum, за которыми в следующем году последовал Sulphur. За несколько недель уровень сывороточных белков резко вырос, заикание исчезло, и здоровье продолжало неуклонно улучшаться. Через год переливания крови были прекращены, и мальчик остался в хорошем состоянии. Никакой нозод не потребовался, никакой вакцины не вводилось. Тем не менее полное отсутствие реакции на прививки и полный срыв иммунной системы — два похожих способа, которыми каждая вакцина может действовать неспецифически, ослабляя иммунную систему чувствительного индивида.

Случай IX

Девочка пятнадцати месяцев от роду была доставлена на прием из-за повторных инфекций уха и приема антибиотиков с момента первой прививки в возрасте четырех месяцев. О связанной с типичными симптомами ОРВИ болезни уха часто сигнализировала боль, но девочка никогда не страдала от лихорадки. Через час после первой прививки DPT она проснулась с криком и вскоре впервые простудилась. Через два дня после второй прививки у нее заболело ухо. Это произошло примерно в то время, когда мать отлучила ее от груди, поскольку была вынуждена вернуться на работу, и ребенок начал получать молочную смесь. Но после третьей прививки антибиотики не помогли решить проблемы с барабанной перепонкой, и когда спустя восемь месяцев была предложена операция по ее рассечению, мать девочки решила попробовать гомеопатию. Сalcarea carb. подействовала чудесным образом, уши очистились, и три зуба прорезались менее чем за две недели, но затем после бутылки коровьего молока появился постоянный понос. Менее чем через час после приема нозода девочка слегла с высокой температурой, диарея исчезла на следующий день, и ее здоровье с тех пор неуклонно улучшается, причем никаких ушных инфекций больше не развивалось и новых лекарств за последние пять лет не потребовалось.

Как документально подтверждено во многих из этих случаев, эволюция среднего отита в последние годы идет параллельно описанному выше теоретическому беспокойству. В начале 1960-х годов я, студент-медик, ежедневно сталкивался в приемном отделении с высокой температурой и сильной болью в ушах. Почти всегда пациенты резко реагировали на ежедневный прием пенициллина в дозе 100 000 ЕД или меньше. Если барабанная перепонка уже лопнула, как это часто бывало, ребенок выздоравливал быстро и полностью без какого-либо лечения.

Сегодня, несмотря на то что такие случаи иногда встречаются, отит среднего уха является в основном хроническим рецидивирующим заболеванием со значительно меньшими температурой и болью, нежели в прошлом. В ряде случаев, как это ни удивительно, нет никаких симптомов вообще, и диагноз во время рутинного обследования ставится исключительно на основе морфологических данных. По тем же причинам гораздо менее вероятно спонтанное излечение или положительная реакция на антибиотики, причем имеется гораздо бóльшая склонность к рецидивам вскоре после того, как прием антибиотиков прекращен, и чаще появляются хронические или остаточные симптомы, такие как поведенческие проблемы, трудности в обучении, опухшие гланды и потеря слуха. Последние исследования показывают также, что трубочки, вставляемые для облегчения дренажа, — наиболее передовые технологии, какие доступны в настоящее время, — сами по себе являются важной причиной долговременной потери слуха, и оправдание этой процедуры призрачно (25).

Следует также рассмотреть, кроме вакцин, и другие факторы, подавляющие иммунитет, такие как широкое использование антибиотиков, развитие резистентных микроорганизмов, городское и промышленное загрязнение и, несомненно, многое другое.

Но я опасаюсь, что любая другая хроническая болезнь расскажет о том же. В дополнение к специфическим эффектам, лишь немногие из которых определены, каждая вакцина, вероятно, подавляет иммунитет или имеет неспецифические эффекты, которые, отличаясь для каждого пациента, способствуют развитию хронических болезней за счет острых реакций, то есть общее в их воздействии скорее "стиль", а не содержание. Эффекты вакцины DPT и, вероятно, остальных, нужно рассматривать шире и включить энурез, экзему, бронхиальную астму, аллергию, нервные и психические заболевания, аутоиммунные феномены, рак, да и вообще весь спектр детских и взрослых болезней.

В заключение я хочу указать на наиболее важные и сложные проблемы: исследования, которые должны быть выполнены в будущем, и политическая воля, которая необходима для их выполнения. Оба вопроса неразрывно связаны, и для их успешного решения понадобятся радикально новые модели.

Так как современные исследования игнорируют и, в сущности, исключают любую концепцию общей картины здоровья, изменяющуюся с течением времени, они не могут обеспечить однозначную информацию о том, как действуют вакцины. В то же время контролируемые научные исследования, основанные на совокупности симптомов, потребуют большого числа непривитых детей, чему препятствуют существующие законы. Поэтому мы в долгу перед теми родителями, которые решили не прививать своих детей, и благодарны им.

Точно так же обвинение, что непривитые дети распространяют различные заболевания и таким образом угрожают остальному населению, это палка о двух концах. Будь этот аргумент истинным, он подчеркнул бы неэффективность вакцин, ведь если бы созданный последними "иммунитет" был подлинным и прочным, непривитые дети представляли бы угрозу только друг для друга.

Кроме того, невозможно изучать действие каждой вакцины отдельно, если мы не узаконим право родителей выбрать те, а не иные вакцины. В настоящее время даже самые либеральные государства, позволяя родителям отказаться от всех календарных прививок по религиозным или философским причинам, не дают им возможности принимать обоснованные медицинские решения для своих детей. Как только прививки становятся вопросом свободного выбора как, например, в Великобритании, экспериментальные и контрольные группы могут создаваться сами собой для каждой прививки, включая тех, кто ее получает, и тех, кто ее не получает.

После того как такие группы будут созданы, потребуется следить за ними в перспективе как минимум поколения, если не всю жизнь. В настоящее время предварительные исследования могут быть проведены и ретроспективно, используя детей старшего возраста, у которых известна история прививок.

Но до сих пор наиболее трудные и важные вопросы неразрывно связаны с теоретическим вопросом о том, чтó измерять, и техническим — как это измерять. Будучи клиницистами-гомеопатами, мы обладаем достаточно хорошим представлением о том, как найти рабочую совокупность симптомов, подобранных для каждого пациента, и как проследить за ними в течение долгого времени.

При изучении больших групп населения нам в конце концов придется выбрать несколько ключевых переменных, достаточно широких и способных отразить наиболее фундаментальные аспекты функционирования человека, и при этом достаточно гибких, вмещающих бесконечно богатое разнообразие реальных людей. Выбранные показатели определяют далее методику и сами определяются с помощью методик, с необходимой детализацией и точностью измерений.

Вероятно, это означает, что мы не узнаем на самом деле, чтó мы должны измерять, пока не проследим внимательно за маленькой первичной группой в течение более короткого периода времени, возможно, четырех или пяти лет, просто наблюдая, что происходит. В любом случае, гомеопатическая повестка дня — общая картина здоровья в течение некоторого периода времени — остается лучшей доступной методологией для проведения такого исследования, и любой прогресс, возможный в этом направлении, автоматически внесет вклад в дизайн исследований в биомедицине в целом.

Как же следует исследовать полную картину здоровья больших групп населения в течение долгого времени? Ясно, что мы должны наблюдать за элементами стандартной медицинской истории и следить за частотой и тяжестью обычных острых и хронических заболеваний. Регулярные физикальные и лабораторные исследования также могут указывать на постоянные или субклинические изменения "конституционального" или хронического типа, такие как увеличенные лимфоузлы при краснухе, измененные лейкоциты и лейкоцитарная формула при коклюше, а также неспецифические параметры развития (рост и вес, зубы, грубая и тонкая моторика, зрение, слух и т. д.) для всех прививок.

Иные важные переменные, лежащие за пределами медицинской истории как таковой, включают интеллект, язык, социализацию в семье и школе и другие демографические, социально-экономические и психологические факторы (бедность, раса, обучаемость, поведение и эмоциональные проблемы, посещаемость школы и работоспособность).

С другой стороны, исследования пневмококковой вакцины и вакцины от гриппа, возможно, потребуют лишь нескольких простых переменных, поскольку предназначены в основном для пожилых людей с высоким риском или живущих в домах престарелых, структура хронических болезней которых уже более или менее определилась. В этих условиях разумное первое приближение в исследовании того, как эти вакцины действуют, может быть простым измерением их влияния на продолжительность жизни по сравнению с непривитыми друзьями и соседями.

Наконец, я хочу объяснить, почему, несмотря на очень значительные опасности, о которых я говорю (и бесчисленные другие, о которых мы все помним), я остаюсь по-прежнему оптимистом относительно будущего целительных искусств. Основная причина связана с растущей осведомленностью обычных людей, принимающих на себя бóльшую ответственность за собственное здоровье и строже контролирующих свои отношения с медицинской системой в целом.

В Соединенных Штатах движение за свободу выбора в сфере здравоохранения в настоящее время включает в себя не только такие группы как DPT (Dissatisfied Parents Together — "Разочарованные родители вместе". — Прим. перев.), но и сторонников акушерства, домашних родов, гомеопатии и других форм альтернативной, или комплементарной, медицины, и даже сторонников права умереть по собственному выбору. В течение последних двадцати лет все эти группы уже достигли серьезных изменений в отношениях пациент-традиционный врач. Теперь, когда американская экономика явно не в состоянии поддерживать нынешнюю систему здравоохранения, независимо от того, как она организована, почти несомненно, что эти изменения будут происходить все быстрее, и организованная медицина будет сталкиваться с дальнейшими отказами, пока их не примет.

Кстати, если вы решили, что я полностью против религиозных понятий в медицине, я приведу три афоризма Парацельса, которые предлагают формулировку практической и экуменической теологии исцеления, которую, в сущности, мы все можем принять, никому не навязывая, независимо от того, каких направлений придерживаемся и по каким принципам живем:

Искусство исцеления приходит из природы, а не от врача…
Любая болезнь содержит в себе свое собственное лекарство…
Человек не мог бы родиться живым и здоровым, если бы в нем не был скрыт врач (26).

Взятые вместе, эти высказывания являют собой сумму всего того, от чего современная медицинская система отказалась:

1. Исцеление подразумевает целостность

Этимологически глагол "исцелять" происходит от того же корня, что и "целое". Исцеление означает просто возврат к целому, это основная способность всех живых систем, и она проявляется в спонтанном выздоровлении, а также в эффективном лекарственном и хирургическом лечении. Так как она представляет собой согласованную реакцию всего организма, то включает в себя совокупность, чисто качественную интеграцию на уровне более глубоком, нежели простая сборка частей или использование количественных оценок.

2. Любое исцеление — самоисцеление

Являясь фундаментальным свойством всех живых систем, исцеление происходит все время и, таким образом, стремится завершиться спонтанно, с внешней помощью или без нее. Это означает, что всякое исцеление — в конечном счете самоисцеление, и что роль врачей и других профессиональных или непрофессиональных целителей по сути заключается в том, чтобы помочь естественному процессу, который уже начался, и улучшить его. Механическая коррекция отклонений может быть вполне оправданной в некоторых случаях, но в первую очередь в отношении к более фундаментальному стандарту.

3. Исцеление применимо только к индивиду

Всегда возможное, но и проблематичное, даже рискованное, исцеление применимо только к индивидам в уникальной ситуации "здесь и сейчас", а не к абстрактным "заболеваниям", принципам или категориям. Другими словами, это, безусловно, искусство, и оно никогда не может (и никогда не должно) сводиться к методу или процедуре, какими бы ни были его научные основания.

Я хотел бы добавить четвертый принцип, регулирующий отношения между врачом и пациентом, не вполне богословский, но такой, который может быть подтвержден в качестве основного политического и юридического права как в Великой хартии вольностей или американском Билле о правах:

Здоровье, болезнь, рождение и смерть являются неотъемлемым жизненным опытом, полностью принадлежащим человеку, получившему его. Никто другой не имеет права манипулировать человеком, контролировать его или любую часть его тела, участвующую в этом, без явной просьбы человека или того, кого он уполномочил действовать от своего имени.

Я завершаю принципом, выдвинутым Лао-Цзы, обеспечивающим соответствующий критерий "нижнего уровня":

Лидер самый лучший, если люди едва знают, что он существует,
Хуже, если люди подчиняются и приветствуют его,
Хуже всего — когда они презирают его.
О хорошем лидере, когда его работа сделана и его цель достигнута,
Люди скажут: "Мы сделали это сами" (27).

ПРИМЕЧАНИЯ

1. Tyler, A., "Vaccination: the Hidden Facts," London Evening Standard Magazine, Sept. 1991, p. 74.
2. Mendelsohn, R., Confessions of a Medical Heretic, Contemporary Books, Chicago, 1979, pp. xiv (и последующие).
3. Bernard, C., An Introduction to the Study of Experimental Medicine, H. Greene trans., Dover, New York, 1957, pp. 6567 (в разных местах).
4. Cherry, J., "The New Epidemiology of Measles and Rubella," Hospital Practice, July 1980, p. 49; Markowitz, L., et al., "Patterns of Transmission in Measles Outbreaks in the U. S.," New England Journal of Medicine 320: 77, Jan. 12, 1989.
5. Nkowane, B., et al., American Journal of Public Health 77: 434–38, 1987.
6. Gustafson, T., et al., "Measles Outbreak in a Fully Immunized Secondary-School Population," New England Journal of Medicine 316: 771–74, March 26, 1987.
7. Chen, R., et al., American Journal of Epidemioloqy 129:17382, 1989.
8. Medical Tribune, Aug. 26, 1987, p. 2.
9. Markowitz, et al. (там же).
10. Cherry (там же) 1980, p. 52., 1989, pp. 75–81.
11. Edmondson, M., et al., "Mild Measles and Secondary Vaccine Failure During a Sustained Outbreak in a Highly Vaccinated Population," Journal of the AMA 263: 2467–71, May 9, 1990.
12. "Measles: Los Angeles County, 1988," MMWR Report, Journal of the AMA 261: 1111f., Feb. 24, 1989.
13. Family Practice News, April 1, 1990, p. 3
14. LSC ll9 0911-l, Sub. H. B. 168, Ohio General Assembly, 19911992.
15. Boston Globe, June 11, 1991, p. lf.
16. Medical World News, April 14, 1986, p. 53.
17. Simberkoff, M., et al., "Efficacy of Pneumococcal Vaccine in High-Risk Patients," New Enqland Journal of Medicine 313: 1318–27, Nov. 20, 1986.
18. "Medical News and Perspectives," Journal of the AMA 262: 2055, Oct. 20, 1989.
19. Vaccine Adverse Event Reporting System (VAERS), Public Health Service, 1986.
20. "Reportable Events Following Vaccination," VAERS (там же, табл. 1).
21. Griffin, R., et al., "Risk of Seizures and Encephalopathy after Immunization with the DTP Vaccine," Journal of the AMA 263: 1641-45, March 23, 1990.
22. Cherry, J., "Pertussis Vaccine Encephalopathy: It's Time to Recognize It as the Myth that It Is," Editorial, Journal of the AMA 263: 1679–80, March 23, 1990.
23. "Pertussis Surveilance: U. S., 1986–1988," MMWR Report, Journal of the AMA 263: 1058-69, Feb. 23, 1990.
24. Family Practice News, Nov. 15, 1990, p. 6.
25. Family Practice News, Nov. 15, 1990, p. 1.
26. P. A. T. B. von Hohenheim, Selected Writings of Paracelsus, J. Jacobi ed., N. Guterman trans., Bollingen Series XXVIII, Pantheon, New York, 1958, pp. 50, 76.
27. Lao Tzu, The Way of Life, W. Bynner trans., Perigee Books, New York, 1972, p. 46.

предыдущая страница   Предыдущая страница

Другие публикации д-ра Ричарда Московица